aif.ru counter
130

Родители погибшего на футбольном поле Бишкека ребёнка простили владельцев

Еженедельник "Аргументы и Факты" № 7. АиФ-Кыргызстан 20/02/2019

История Алана Айсаева – 11 летнего мальчика из Бишкека - стала известна далеко за пределами страны. 13 июня прошлого года жизнерадостного мальчишки не стало: на частном футбольном поле он получил травмы с жизнью несовместимые. Следствие тянулось долго, версии трагедии были разными. В итоге уголовное дело возбудили, материалы передали в суд. Череда переносов заседаний, затянувшаяся на месяцы, закончилась примирением сторон.

Последняя игра

Тот злополучный летний день останется в памяти Нестан Исабековой – матери Аланчика – навсегда. Ребенок пошёл на прогулку, а после пришло дурное известие, которое перевернуло жизнь Нестан и заставило на протяжение долгих месяцев искать справедливости: ребёнка не стало. Выяснилось, что мальчик с товарищами частенько ходили на футбольное поле, что недалеко от дома. Так было и 13 июня, вот только игра закончилась трагедией: на Алана упали футбольные ворота - тяжёлая конструкция, которая, по логике, должна выдерживать немалые нагрузки. По первоначальной версии ГУВД, ворота упали… Из – за ветра. Однако сооружение вовсе не картонное, да и камеры видеонаблюдения показали: взрослые парни пинали по мячу с неимоверной силой. Вероятно, это и стало причиной падения ворот.

Как ребёнок оказался вратарём у взрослых мужчин? На этот вопрос однозначного ответа нет. По версии Акылбека Тороева – арендатора поля – Алан с друзьями прошли на «футбольную территорию» обходными путями, минуя центральный вход. Это подтверждают и камеры видеонаблюдения. Трое мужчин же, которые взяли ребёнка в «команду», за игру заплатили.

Момент трагедии на запись камер не попал, но кадры с покидающими территорию поля «законными» пользователями спортплощадки вызвали много вопросов: мужчины не помогли ребёнку и помощи дожидаться не остались. Как отмечала в комментариях журналистам мать мальчика, личности двоих мужчин следствию установить удалось: один из них работает на автомойке, что неподалёку, второй – его брат. Изначально парни говорили, что их на поле не было, но после того, как видео показало обратное, признали, что действительно играли с Аланом. А вот как найти ещё одного участника злополучной игры – того, кто пнул мяч, молодые люди не знают. Мол, договорились поиграть, но третьего члена мини – команды до этого не знали.

Да будет суд!

Несмотря на то, что взрослые парни с поля сбежали, уголовное дело было возбуждено… На Акылбека Тороева. Поле под его контролем, а, значит, за недобросовестно закреплённые ворота отвечать ему. Материалы даже в суд передали, что стало событием уникальным – обычно трагедии подобного рода благополучно списывают на несчастный случай. За пару недель до первого заседания Нестан Исабекова обращается за помощью к российским журналистам.

«Я хочу добиться, чтобы виновники были наказаны, я написала в ООН. Я буду добиваться, чтобы больше дети не умирали, и родители не страдали и не плакали из-за халатности чиновников, хозяев таких частных полей и просто от нашего безразличного отношения ко всему происходящему!» - отмечала она.

Первое судебное заседание должно было состояться в Ленинском районном суде 9 октября 2018 года, но адвокат обвиняемого уже по двум статьям (к статье «оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности» прибавилось вторая – «самоуправство», так как разрешительных документов на возведение поля не оказалось) Тороева на суд не успел. Процесс перенесли, а Исабекова в беседе с корреспондентом «АиФ» отметила, что надеется на справедливое наказание.

«Не знаю, какой будет результат, но мы надеемся, что виновник понесёт наказание. Он же за 4 месяца ни разу прощения не попросил. Он приходил к нам не потому, что считает себя виноватым, просто сын погиб на его поле. И даже цену на памятник, который обещал оплатить, назвал высокой, сказал, что мог эти деньги судье дать, представляете?»,  - сетовала она.

Череда переносов заседаний по разным причинам затянулась, на очередном отменённом процессе на интервью согласился обвиняемый Тороев. Мужчина, на которого обрушился шквал критики, опроверг заявления о том, что хотел подкупить судью и пояснил, что претензий – то сразу после трагедии у семьи погибшего Алана к нему не было. Как не было аналогичных трагедий на поле, о которых упоминала Исабекова.

«Однажды спортсмен ногу вывихнул, скорая приезжала. Но чтобы ворота падали… Не было такого. Важна одна деталь, которую на видеозаписях хорошо видно: ребёнок, когда зашёл на поле, повис на противоположных воротах, сначала на одной стороне, потом на другой – это уже доказывает, что ворота стоят крепко. Я малышу услуг не оказывал, он не платил денег, я не разрешал заходить на поле – он зашёл самовольно. А по поводу самоуправства… К мини – полям положений нет. Я 7 лет работал, кто ко мне пришёл и сказал, что я что – то неправильно делаю? Никто. А теперь, когда несчастный случай произошёл, все спохватились. Ну регулируйте тогда, положение сделайте. В КР пока нет ГОСТов, регламентирующих работу полей. Если они и есть, то из интернета качают. На нашем поле тренировались сотрудники ГСИН, пожарники МЧС, никто не увидел нарушений. Никто не подсказал, нет снипов, все строят, как могут. Что такое поле? Сколько их во дворах? У них есть разрешения? Единственное, что я газон сделал и освещение. Это не капитальное строение», - пояснил Акылбек Парпиевич.

Добавил Тороев и то, что полностью оплатил расходы семьи на похороны, и работу старшему сыну, что за границей трудится, предлагал. Примечательно, что расписка, данная ему родителями Алана, в которой они указали, что претензий не имеют и считают дело несчастным случаем, датирована 18 июня.

«Меня очерняют, они как будто просят помощи у общества, но я не сбегаю, я открыт к общению, помощи. Произошёл несчастный случай, я тоже заложник ситуации. Я готов сотрудничать со следствием, но нельзя спекулировать смертью ребёнка»,  - рассказал собеседник, добавив, что предлагал выделить некую сумму в качестве моральной компенсации, после чего и начались заявления о том, что суд хотят подкупить.

На вопрос о том, почему потерпевшие кардинально сменили вектор и претензии к Тороеву всё же появились, мужчина ответить не смог.

«Я не знаю, если что- то скажу, могу обидеть людей. Всё было нормально, вернулся из командировки, а дело на 180 градусов повернулось. Я сказал Нестан, что важно найти тех двоих, что убежали с закрытыми лицами. Трое взрослых ребят разминались, ждали своих, заплатили за время. Малыш зашёл самовольно. Когда всё произошло, взрослые скрылись, закрыли лица, помощи ребёнку не оказали. Мне кажется, от сильного удара мальчик равновесие потерял, может, за стойку схватился. Следствие половинчатое, надо было найти тех взрослых, допросить. Третий говорит, что не видел ничего, в туалет ходил. Друг, который был с малышом, тоже сказал, что ничего не видел. Остались двое, но они сбежали. Если им нечего скрывать, почему не пришли? Взрослый сказал, что не знает тех двух, но как человек, который купил час времени, не знает товарищей по игре? Не приходят на поле незнающие друг друга люди, это же командная игра! Наталкивает на мысль, что перед сильным ударом мяча малыш потерял равновесие и удар стал катализатором. Я готов сотрудничать со следствием, готов семье помочь, но сейчас меня монстром выставляют. Урок из этого вытекает не только мне, как арендатору, но и семьям, в которых есть дети: следите за малышами!», - завершил арендатор.

Надо сказать, что о моральной компенсации, которую упомянул Тороев, говорила и потерпевшая сторона.  Нестан Исабекова отмечала, что адвокаты подали гражданский иск и указали в нём сумму в два миллиона сомов.

«Я хочу, чтобы он (Тороев) понёс максимальное наказание за гибель моего сына. Деньги тут вообще роли не играют», - говорила мать мальчика.

Помощь «сверху»

Почему ситуация после подписей в родительской расписке поменялась – ещё один вопрос, который пока остаётся без ответа. А меж тем, на трагедию Исабековой внимание обратили не только

журналисты, но и члены парламента. Депутат Аида Касымалиева была на связи с матерью Алана и всячески старалась её поддержать. По её просьбе столичная мэрия провела проверку спортплощадок. Корреспондент «АиФ» сделала запрос в муниципалитет, чтобы ознакомиться с результатами проверки, вот только цифр о том, на скольких полях были найдены  нарушения,  ведомство не предоставило.

«На сегодняшний день судебное рассмотрение находится в процессе. Заседание суда состоится 20 декабря в Ленинском районном суде. Из резервного фонда главы района была оказана материальная помощь (семье) в размере 20 тысяч сомов. Муниципальная администрация провела инвентаризацию футбольных полей независимо от форм собственности, расположенных на территории Ленинского района. А именно на определение устойчивости, прочности, соответствия техническим нормам установленных спортивных и детских инвентарей, в том числе футбольных ворот на детских и спортивных площадках. Во время проведения инвентаризации на некоторых частных площадках был выявлен ряд нарушений, которые были устранены в кратчайшие сроки», - рапортовала мэрия.

Все судебные процессы, надо сказать, посещали журналисты. Даты заседаний на своей страничке в социальной сети Facebook публиковала мать ребёнка, однако в конце декабря публикации по теме прекратились.

Зато появилось заявление депутата Аиды Касымалиевой, которая отметила, что к ответственности нужно и чиновников мэрии привлечь, что выдали разрешение на обустройство мини-футбольного поля на территории бывшего детского сада без соблюдения норм техники безопасности. Отмечала Касымалиева и то, что Тороев «пытается договориться с пострадавшей стороной, но родители не принимают его предложение — написать встречное заявление». После этого информационная «ниточка» оборвалась.

Фото: Фото из личного архива

Чем же дело закончилось? Ответ на этот вопрос мы постарались найти у потерпевшей, однако на связь выходить она не спешила: сообщения в мессенджере игнорировались, ответа на звонки не было. Впрочем, после нескольких неудачных попыток связаться по телефону удалось. Давать комментарии Нестан отказалась, сославшись на плохое самочувствие. Через две недели после этого удалось поговорить с Акылбеком Тороевым, номер которого какое – то время был отключён. На контакт с журналистом обвиняемый пошёл и отметил, что стороны примирились в зале суда.

«Примирились. В детали вдаваться не буду, но всё было обоюдно, та сторона тоже была готова (пойти на мировую,Авт). Там есть и вторая, и третья стороны. Я говорил в прошлый раз о парнях, которые лица прикрывали, я убедил суд обратить на это внимание. То уголовное дело параллельно у следователя лежит. У меня на руках решение суда. Мы помирились на заседании в присутствии адвокатов и прокурора», - завершил он.

Оставить комментарий (0)

Топ 5 читаемых