Примерное время чтения: 14 минут
274

Город-яд: В каком состоянии сейчас крупнейшая свалка под Бишкеком?

Так выглядит «сердце» Бишкекского санитарного полигона.
Так выглядит «сердце» Бишкекского санитарного полигона. / Елена Короткова / aif.kg

С наступлением отопительного сезона в Бишкеке снова стало трудно дышать. Столица Кыргызстана вернулась в топ-20 городов с самым загрязненным воздухом по информации глобальной платформы данных о качестве воздуха IQAir. Город периодически становится лидером по загрязнению воздуха в мировом масштабе, обгоняя даже промышленные мегаполисы Китая. Концентрация PM2.5 – кусочков сажи и асфальта, аллергенов, микроорганизмов, частиц минеральных солей и автомобильных шин, соединений тяжелых металлов, капель жидкости – в такие дни в городском воздухе может превышать норму ВОЗ в более чем 40 раз.

Экологическая организация «МувГрин» провела исследование воздуха в Бишкеке. Оно показало, что большая часть загрязнения воздуха осенью и зимой связана с частным сектором. Люди в частных домах Бишкека и в прилегающих к нему жилмассивах обогреваются не только углем, но и бытовыми отходами. В ход идут и пластик, покрышки, лоскуты, которые выбрасывают швейные цеха…Влияют на качество воздуха, но уже в меньшей степени, выхлопные газы автомобилей, выбросы ТЭЦ и другие факторы. Экологи говорят и о том, что один из источников загрязнения воздуха в Бишкеке и его окрестностях – Бишкекский санитарный полигон. «АиФ-Кыргызстан» посетил свалку, которая в 2022 году отмечает пятидесятилетний юбилей.

Мусор как источник жизни

Бывшая яма кирпичного карьера уже давно стала для мусора тесной: свалка активно растет, и вместо 12 гектаров занимает уже более 40 гектаров. Свалка растет не только в ширину, но и в высоту. Центр полигона – внушительный утрамбованный мусорный холм высотой с пятиэтажку. На импровизированной обочине дороги к его вершине – глина, которой засыпают свалку, чтобы избежать возгорания, строительный и бытовой мусор и десятки мешков с обрезками тканей из швейных цехов.

За десятки лет существования полигон вместил в себя несколько миллионов тонн самых разных отходов.
За десятки лет существования полигон вместил в себя несколько миллионов тонн самых разных отходов. Фото: aif.kg/ Елена Короткова

Если внимательно посмотреть под ноги, можно различить то, что когда-то было чьим-то имуществом и частью быта. Поломанная пустая детская пластиковая палитра красок. Мячик. Вилка. Кусок башмака. Нечто тряпичное и серое, бесформенное, очень похожее на подушку. Чехол от сотового телефона. Кусок пластика, похожий на тарелку. Остаток пластикового пакета. Куча остатков пластиковых пакетов. Вершина холма – пункт назначения для мусоровозов, где ближе к одному из краев они и оставляют свое содержимое. Вязкая условная «почва» холма графитового цвета чавкает и пружинит под ногами и слегка дрожит, когда мимо проезжает очередная машина «Тазалыка» – муниципальное предприятие пополняет полигон исправно, как и частники, занимающиеся вывозом мусора.

Ежедневно мусоровозы делают сюда от 300 до 400 рейсов.
Ежедневно мусоровозы делают сюда от 300 до 400 рейсов. Фото: aif.kg/ Елена Короткова

Еще до дрожи «земли» о приближении новой порции отходов извещают местные вороны и чайки. Проезжающий транспорт беспокоит их, как и люди, нарушающие птичью социальную дистанцию, и десятки собак. Тут же, на холме, находятся жилища тех, кто в буквальном смысле живет на свалке.

 Жители свалки зачастую не имеют никаких документов, и государство не может оказать им даже минимальную социальную помощь.
Жители свалки зачастую не имеют никаких документов, и государство не может оказать им даже минимальную социальную помощь. Фото: aif.kg/ Елена Короткова

Рядом – сортировка мусора, где трудятся и жильцы свалки, и жители близлежащего жилмассива «Алтын-Казык». Он находится менее чем в 500 метрах от свалки, в ее санитарно-защитной зоне: буквально через дорогу. Жилмассив возник в середине двухтысячных, на второй волне самозахвата земельных участков вблизи Бишкека.

Опасная для жизни и здоровья близость к свалке не остановила ни тех, кто захватывал участки, ни местные власти, которые по закону должны были снести незаконные строения, и пресекать попытки самозахвата на корню. За пятнадцать лет существования жилмассив пополнился новыми домами, построенными из глины и подручных материалов. В нем появилось электричество – на его проведение изначально скидывались сами жители. Значительная часть из них зарабатывает на жизнь благодаря свалке – собирают и сортируют выброшенные вещи, отходы, пластиковые бутылки, цветной и черный металл.

Линия надежды

Адиль Назаров, заместитель директора по производству муниципального предприятия «Бишкекский санитарный полигон», говорит, что холм скоро опустеет. К концу 2022 года власти Бишкека наконец надеются запустить мусоросортировочный завод вместе с компанией Ehitusfirma Rand Ja Tuulberg из Эстонии, и взять сортировщиков туда на работу. Эстонская компания сотрудничает с Кыргызстаном по проекту ЕБРР «Улучшение системы управления ТБО по Бишкеку» стоимостью в 22 млн евро. Из этих средств 11 млн евро – кредит, еще 8 млн евро – грант Евросоюза, и 3 млн евро – грант ЕБРР. Деньги мэрии Бишкека ЕБРР и Евросоюз решили выделить еще в 2011 году, проект соглашения подписали в 2013 году, в 2015 году его ратифицировал парламент. Но до сих пор не построено ни нового мусоросортировочного завода, ни нового полигона. Не произвели и рекультивации старого полигона по ряду причин, последней причиной отсрочки стала пандемия коронавируса и ее ограничения.

Но к концу 2022 года ситуация может измениться к лучшему, и у сортировщиков с холма появятся легальная работа и приемлемые условия труда. Будут разбираться власти и с их документами и соцобеспечением.

«Сейчас на свалке работает примерно 300 человек неформальных сортировщиков. И, в первую очередь, мы планируем трудоустроить именно их. У них уже есть навык такой работы. В сортировочном ангаре будет теплее, будет выдаваться специальная форма. Люди будут официально трудоустроены, у них появится социальная защита. Все как положено: зарплата, медицинская книжка… Сейчас у многих из них нет прописки, их даже не могут принять в больницу», – говорит Назаров.

По словам Назарова, мусоросортировочный завод поможет сократить и число возгораний на свалке.

«Чем быстрее мы закончим мусоросортировочную линию, тем быстрее мусор начнет поступать на сортировку, и дыма станет меньше. Сейчас дым идет из-за того, что нам негде складировать новый поступающий мусор, а он очень горючий. Выходит, что мы как будто подбрасываем дрова в топку», – поясняет он.

Свалка, и правда, горит круглосуточно: она активно выделяет метан, и новые очаги возгорания появляются постоянно. Те, что помельче, тушат, и, в рамках начала работ по рекультивации стараются засыпать их глиной из котлована для строительства мусоросортировочного завода. Часть возгораний находится внутри мусорного холма, и добраться к ним невозможно.

Тлеющая часть свалки.
Тлеющая часть свалки. Фото: aif.kg/ Елена Короткова

Метаноотводы на холме пока не установили: в плане работ по рекультивации они есть, но для их установки сначала нужно закрыть свалку и немного ее разровнять. А пока тонны мусора продолжают гореть и тлеть. Ядовитый дым сносит не только на «Алтын-Казык», «Калыс-Ордо», «Тендик» и другие аналогичные жилмассивы поблизости, появившиеся после самозахвата, но и на Бишкек. Экологи говорят о том, что свалка вносит внушительный вклад в ухудшение качества воздуха и в смог в кыргызской столице.

Каждый день она пополняется примерно на тысячу тонн отходов: от пищевого мусора до батареек, сломанной бытовой техники, лоскутов из швейных цехов и строительного мусора. Сюда же привозят и останки отстрелянных «Тазалыком» бездомных животных: только в 2021 году их было 163 тонны. На мусорный холм они не попадают: трупы собак и кошек утилизируют либо с помощью ямы Беккари, либо с помощью кремации.

«У нас есть крематорий и специальные печи. Туда закидывается тонна трупов, и их сжигают в специальных печах с использованием дизельного топлива. Вообще отстрел у нас по постановлению запрещен. Животные должны отлавливаться, и трое суток содержаться (в приемнике, прим.авт.) для того, чтобы их хозяева могли их найти, потом усыпляться и после заключения ветеринаров поступать к нам. Средств у муниципалитета на это нет, легче проводить отстрелы. На отстрел одного животного закладывается 270 сомов. Но это палка о двух концах», – считает Назаров.

Назаров говорит, что был на встречах с зоозащитниками Бишкека вместе с другими представителями муниципальных предприятий, и они обсуждали несколько вариантов решения проблемы. У города пока нет возможности обойтись без отстрелов, хотя чиновники и готовы идти на диалог с зооактивистами.

«Я лично за стерилизацию, чтобы уменьшить популяцию. Но сам по себе отстрел сейчас – вынужденная мера. Потому что, если покусают вашего ребенка, вы из зоозащитника в долю секунды превратитесь в защитника собственного ребенка. Родители покусанных детей будут обращаться в суды из-за того, что муниципалитет не предпринял никаких мер», – поясняет он.

Вода «с сюрпризом»

Кроме загрязнения воздуха и почвы, Бишкекский санитарный полигон в своем нынешнем состоянии – угроза и для грунтовых вод, и для ряда ближайших водоемов Чуйской области. Это Ала-Арчинское водохранилище, популярное место отдыха кыргызстанцев летом, и еще ряд более мелких водоемов поблизости. Дело в фильтрате – это жидкость, которая выделяется из мусора при его гниении. Жижа находится под свалкой и выходит на поверхность, создавая озерца и озера вокруг мусорного холма.

Озеро фильтрата на территории полигона.
Озеро фильтрата на территории полигона. Фото: aif.kg/ Елена Короткова

Фильтрат выходит круглый год, и причем не только на поверхность. Часть жидкого содержимого полигона, по оценкам экспертов, может попадать в грунтовые воды под полигоном и идти дальше, в том числе в мелкие реки и в водохранилища.

«Если мы начнем закрывать существующий фильтрат, то он может выйти на поверхность в новом месте. Поэтому к вопросу надо подходить технологично, провести и закончить все исследования. В первую очередь начнем с ликвидации мест, где может выйти фильтрат. Эстонская компания выкопает траншею в восемь метров, затрамбует ее желтой глиной, она будет как бетон, чтобы фильтрат нигде не просочился», – отмечает Назаров.

Ждать этих работ, появления «мусоросортировки» под Бишкеком, и первых шагов к закрытию полигона-юбиляра, похоже, действительно недолго. На сайте электронных закупок ЕБРР уже разместили уведомление о предстоящем тендере на строительство. Приблизительная дата объявления тендера – 15 марта 2022 года.

Свалочный край

Бишкекский санитарный полигон и его окрестности – не единственное место, страдающее от того, что в Кыргызстане нет комплексного подхода к мусорным полигонам и свалкам, и решению экологических проблем, связанных с ними. В 2018 году Государственное агентство охраны окружающей среды и лесного хозяйства (ГАООСЛХ) проводило мониторинг состояния окружающей среды в республике, и попыталось провести инвентаризацию всех свалок на ее территории. На тот момент в Кыргызстане насчитывалось 406 свалок. Из них только 107 полигонов были официальными, как бишкекский. И при этом у многих из них, как и у бишкекского, срок эксплуатации превысил тридцать лет. Остальные свалки – стихийные, часть из них находится на сельскохозяйственных землях, либо же в опасной близости к домам и водоемам.

Все же свалки Кыргызстана, по данным на 2018 год, занимали площадь более 600 гектаров – по площади это как три государства Монако. Сколько же свалок в Кыргызстане существует к 2022 году, какую площадь они занимают, и какой вред экологии и окружающей среде наносит каждая из них – точных данных нет. Единой государственной стратегии по организации работы свалочных полигонов и борьбе с массовыми стихийными свалками у Кыргызстана тоже нет.

Так же за тридцать лет независимости в стране не открылось ни одного мусороперерабатывающего завода. Нет в Кыргызстане и ни одного мусоросжигательного завода, которые уже успешно существуют в США, Швейцарии и других странах Европы, в Японии. Так страны избавляются от загрязнения земли захоронением в ней отходов. По принципу «Энергия из отходов» из мусора, который не годится для другой переработки, при его сжигании генерируют электроэнергию. Остающийся после сжигания шлак пускают на дорожное строительство, остатки черных и цветных металлов – в переработку. Дымовые газы при сжигании мусора при этом способе проходят дополнительную очистку, на выходе образуется летучая зола, которая цементируется и идет на стройматериалы.

Оцените материал
Оставить комментарий (0)